Крестовые походы и современный сионизм: сравнительный анализ. Часть вторая

Часть 2. Часть 1
На основе статьи Мухаммада аль-Мухтара аш-Шанкити

Объединяло ли два смешанных сообщества единство цели? Еще одно сходство двух проектов заключается в том, что ресурсы для выживания черпаются извне, а не из собственной внутренней силы. Ни у крестоносцев, ни у сионистов нет человеческой глубины в Палестине и никогда не будет. Но это не значит, что они обязательно должны были провалиться. Английские и другие европейские поселенцы Северной Америки также черпали свое человеческое пополнение извне, из-за океана, но реалии Палестины кардинально отличаются. Она окружена арабо-мусульманской человеческой глубиной.

Те, кто изучал историю крестовых походов, понимают: как только прекратилась заморская европейская людская и военная помощь, движение закончилось. Был запущен таймер смерти проекта. Иерусалимское королевство и другие государства крестоносцев начали приходить в упадок, поскольку перестали регулярно подпитываться волнами вооруженных христианских паломников с Запада, а также деньгами и ресурсами, которые они привозили. Сионисты полностью идентичны в этом. Мы видели неоднократно, что если бы не переселенцы из Восточной Европы, если бы не деньги и вооружение из США и Европы, то израильский проект был бы абсолютно нежизнеспособен. Современный сионистский проект черпает ресурсы для выживания извне. Это проект, созданный Британией в период оккупации региона и слабости всего мусульманского мира. США взяли опеку над имперским наследством Британии, в том числе над этим проектом.

Возвращаясь к термину «государство-крепость», которое использовал Аль-Масири, стоит пояснить, что с его помощью он описал еще одно сходство обоих проектов: высокомерие и отсутствие интеграции в регион. Сама идеология двух проектов исключает возможность природной и здоровой интеграции. Точно так же, как режим апартеида в ЮАР по своей сути неспособен был стать естественной частью общественного ландшафта и интегрироваться в окружающую «коренную» среду. В Северной Америке европейские поселенцы просто перебили коренных жителей, хозяев земли, чтобы ее отнять. Малое количество выживших загнали в резервации, где их потомки продолжают жить и сегодня. Многие племена коренных американцев исчезли или ассимилировались из-за колонизации, болезней, войн, принудительного переселения и потери земель. Точное число трудно подсчитать. Например, каюсы, калуса, каранкава, куэва, пентач, чемакум, киту. Русские делали то же самое в Сибири и на Алтае: кого-то убивали, спаивали водкой, а тех, кто выжил, пытались ассимилировать (сделать русскими) и очень в этом преуспели. Целые народы вырезали под корень, как группы остяцких, тунгусских, алтайских племен. Некоторые народы Кавказа — убыхи, шапсуги, абадзехи, натухайцы — были уничтожены. В этом контексте стоит вспомнить стремление Российской империи полностью христианизировать казанских татар, геноцид черкесов и чеченцев, постепенное лишение земель и ассимиляцию башкир. Крымских татар, чья история вызывает у российских имперцев болезненные воспоминания, пытались уничтожить на протяжении нескольких столетий. Они не оставляют надежд сделать «русскими» даже украинцев, большинство из которых — православные христиане,  называя их младшими братьями, малороссами или «испорченными русскими».

Методы и нарративы колонизаторских проектов схожи. Продолжая тему сходства между крестоносцами и сионистами, отметим, что каждый из проектов характеризуется наличием быстрой, но немногочисленной армии. Армия крестоносцев была относительно немногочисленной, большую часть времени она уступала по численности армиям мусульман. Но это была армия рыцарей, мобильная и способная к маневру. Мусульман всегда было больше, но они были разобщены и раздроблены — до тех пор, пока их не объединили Занги и Салахаддин. У крестоносцев была, а у сионистов есть сейчас проблема нехватки людских ресурсов. Не было демографической и географической глубины у средневекового крестоносного проекта, нет ее и у сионистского. Поэтому, не имея человеческой и географической глубины, ни один из них не способен вынести решающее поражение. Именно поэтому одного большого решающего разгрома достаточно в обоих случаях.

Израильтяне часто повторяют, что одного поражения достаточно для конца Израиля, о чем написано во множестве их книг и статей. В официальных документах оно чаще фигурирует под термином «концепция национальной безопасности». «Израиль не может позволить себе проиграть ни одной войны» — об этом говорили Бен Гурион, Голда Меир и Яаков Амидрор. Вспомним, когда крестоносцы потерпели серьезное поражение в решающей битве при Хаттине, это стало концом крестоносного проекта.

Еще одно сходство в том, что изначально и крестоносцы, и сионисты — это военизированные общества, не имеющие корней в регионе. Это два «импортных» иностранных проекта. Крестоносцы не пустили корни в регионе даже с местными восточными христианами. Напротив, они притесняли их так же, как и мусульман. Отношение сионистов к современным арабам-христианам в Палестине не отличается особой благосклонностью. Все это аспекты сходства, которые отметил в своей статье доктор Мухаммад аш-Шанкити. Перейдем к различиям между двумя проектами.

Доктор Мухаммад аш-Шанкити указывает на религиозное различие двух проектов: средневековые крестоносцы опирались на католическое христианство, поскольку Папа Римский призвал к крестовому походу, и ему ответили главным образом католики. Современный же сионистский проект основан на иудаизме: иудаизм, поддерживаемый протестантским христианством — иудаизм плюс «сионизированное» христианство. Таков взгляд Аш-Шанкити, но с ним, учитывая аргументы Аль-Масири, сложно согласиться. По той причине, что многие сионисты и современные израильтяне не являются иудеями, не верят ни в Бога, ни в Моисея, ни в Тору. Они ссылаются на исторические легенды и национальное право на палестинскую землю. Вспомним хотя бы Юваля Ноя Харари, открытого гея и убежденного атеиста, поддерживающего сионизм и право Израиля на палестинские земли. Насколько уместно из уст таких сионистов могут звучать религиозные претензии «богоизбранности» «и завещания Богом святой земли евреям»?

Возникает вопрос был ли иудаизм у истоков сионистского движения или оно было секулярным? Однозначно, у истоков сионизма стояло немало атеистов и светских евреев, которые видели еврейскую идентичность в первую очередь в национальной и культурной, а не только религиозной плоскости. Были и религиозные сионисты, но ключевые фигуры, такие как Теодор Герцль или Макс Нордау, были атеистами и светскими людьми, которые не опирались на религиозные догмы. Вместе с тем многие ортодоксальные иудеи враждебны сионистской идеологии и считают недопустимым с точки зрения религии создание израильского государства, видя в этом беду для евреев.

Мухаммад аш-Шанкити пишет:

«Легитимность первого проекта исходила от католического Папы, в то время как легитимность современного проекта опирается на еврейскую или иудейскую идентичность. Контроль Запада во времена крестоносцев над регионом был локальным. Они контролировали лишь очень узкую прибрежную полосу, с которой начинали продвижение к Иерусалиму. Сионистский же проект родился в контексте всеобъемлющего западного контроля над арабским регионом. Англичане, французы, итальянцы, испанцы владели определенными частями мусульманской территории от Марокко до Ирака; Шам, в частности, был поделен между англичанами и французами — это одно из основных различий. Крестоносцы пришли, когда Европа не доминировала над нашим регионом всецело, и они захватили лишь узкую полосу. В свою очередь, сионистский проект возник в условиях тотальной гегемонии Запада и почти полного бессилия арабов и мусульман. Поражение османов в Первой мировой войне открыло все двери для проекта».

В Первой мировой войне, когда генерал Алленби вошел в Иерусалим, он пришел из Египта, оккупированного британцами с 1882 года. Еще раньше они захватили Ирак: от Басры в 1914 году до полной оккупации в 1915–1916 гг. То есть до захвата Иерусалима они фактически контролировали весь регион. К сожалению, не без помощи местных коллаборационистов. На фотографии с Алленби, где он празднует захват Иерусалима, слева от него стоит Абдалла ибн Аль-Хусейн (иорданский король), а справа — известный шпион Т. Э. Лоуренс.

Различие заключается еще и в том, что когда возникло крестоносное движение, существовала вражда между христианами и евреями. Крестоносцы были настроены против евреев так же, как против мусульман. Для них евреи были религиозными врагами, «убийцами бога». Поэтому на пути из Европы в Левант крестоносцы сжигали еврейские местечки, грабили и убивали евреев. Когда они захватили Иерусалим, они убивали и мусульман, и евреев. Сегодня же протестантское течение христианства, практически полностью «сионизировалось». Существует своего рода религиозное и культурное слияние между англосаксонским протестантизмом и евреями. Евангелисты фактически построили еврейский проект, поверив в него раньше самих евреев. Христианский сионизм предшествовал еврейскому сионизму. В XIX веке американские и английские священнослужители, дипломаты прилагали усилия по переселению евреев в Палестину и созданию там еврейского государства. Еще до того, как сами евреи поверили в возможность этого проекта.

История взаимоотношений протестантизма с иудаизмом долгая. Но те, кто изучает историю христианства, знают, что с Мартином Лютером и Реформацией начался путь к «иудаизации» внутри христианства. Мартин Лютер написал знаменитый трактат, название которого до сих пор повторяют протестантские проповедники в США, его часто можно слышать на американских религиозных радио и ТВ. Трактат называется «О том, что Иисус Христос родился евреем». В этом трактате он говорит, что евреи ошиблись, не признав Иисуса, и предлагает мягко их наставлять в истинную веру, христианство. Но в дальнейших своих трактатах он уже конкретно критиковал евреев.

Протестантские проповедники часто говорят: «Иисус — еврей, он еврейский учитель». Следовательно, евреи — братья Иисуса, его родственники. Состояние воплощения, существующее в христианской догматике (воплощение Бога во Христе), перешло в воплощение Бога во всем еврейском народе. С ними не обращаются как с обычными людьми: в западных моральных и гуманитарных стандартах для евреев существует исключительность, которой нет ни для кого другого, даже для самих христиан. Поэтому Запад, главным образом американский протестантизм, никогда не заботился о палестинских христианах. Ведь они не протестанты, а в большинстве своем православные. Грейс Халселл написала об этом интересную книгу про «забытых христиан» («Journey to Jerusalem»), имея в виду палестинцев, и о том, что американские протестанты не заботятся о них, хотя те христиане, и готовы «принести их в жертву» ради интересов сионистов, евреев.

Доктор Мухаммад аш-Шанкити делает акцент на существовании религиозной связи между американскими протестантами и сионистами. В этом он расходится во мнении с профессором Абдуль-Ваххабом аль-Масири. Последний многократно настаивал на том, что помощь Европы (и Запада в целом), оказываемая израильскому государству, продиктована, в первую очередь, взаимовыгодными интересами, а идеология и религия — лишь вспомогательные инструменты.

Нельзя отрицать религиозный идеологический фактор в поддержке Западом Израиля, но речь о том, что для западных стран, в первую очередь Великобритании и США, израильский проект лишь инструмент для продолжения колониальной политики в арабском мире, и он получает поддержку лишь до тех пор, пока нужен.

Аль-Масири отрицает существование какого-либо еврейского или масонского мирового заговора, высмеивает саму идею еврейского мирового господства и полностью отрицает власть евреев над США или европейскими государствами. Чем в таком случае объяснить поддержку США и некоторыми другими странами Израиля? Пересечением интересов! Евреи всегда были гонимыми и ненавистными для европейцев, как западных, так и восточных. Эта ненависть имела как религиозные, так и социальные корни. Откуда же такая мощная поддержка? Конечно, нельзя отрицать существование сильных произраильских лобби в европейских странах и США, влияние в сферах экономики, СМИ и культуре, но, как утверждает Аль-Масири, эти лобби играют в границах стратегических интересов стран, в которых они действуют. Как только они выходят за границы интересов, определяемых правящими элитами стран (или глубинным государством), их возвращают в «границы песочницы».

Если вспомнить создание израильского государства, то его истоки уходят к британцам. Они использовали евреев и сионистов как инструмент своих стратегических интересов. Еврейское лобби в Германии, его культурное и экономическое влияние многократно превосходило еврейское лобби в Британии. В Британии большинство евреев не были идеологическими сионистами, уступали численностью и финансовыми возможностями. Евреи в Германии было многочисленнее, богаче и влиятельнее. Многие идейные сионисты были из Германии и говорили на немецком языке, считали себя патриотами и «немцами иудейской веры», в отличие от британских евреев. А сам идиш возник в среде германских и восточноевропейских ашкенази, на основе средневерхненемецких диалектов. Но обещание Бальфура вышло из Лондона, а не Берлина. Создание Израиля взяли на себя британцы, а не немцы. Потому что создание Израиля было в стратегических интересах Британии, а не Германии. И этот вопрос не решала сила еврейского лобби или его влияние на политические решения, как могут пытаться объяснить некоторые.

Многие исторические сведения говорят, что Бальфур и западная аристократия хотели убить двух зайцев: избавиться от евреев, и создать инструмент защиты своих интересов, о чем можно почитать много англоязычного материала. Утверждение, что еврейское лобби как хозяин управляло британцами отдает явным мифотворчеством. Аль-Масири дает в своей энциклопедии немало ссылок подтверждающих, что британцы действовали в своих интересах, а не «исполняли указания». США сегодня, как наследники интересов Британской империи, используют сионистов, как и сионисты используют США. Для американцев они являются функциональной группой, подобно курдам в Турции или Сирии. Как только такая группа перестает быть необходимой для возложенной на нее функции или неспособна ее выполнять, американцы оставляют их на произвол судьбы.

Сионизм не появился среди евреев — их привлекли к этой идеологии, чтобы использовать как функциональную группу, утверждает Аль-Массири. Можно вспомнить истоки сионизма и некоторых его идеологов, среди которых Джордж Гоулер (George Gawler), британский губернатор Южной Австралии, писавший о необходимости переселения евреев в Палестину; Энтони Эшли-Купер (Anthony Ashley-Cooper), 7-й граф Шефтсбери, один из лидеров евангелического течения Церкви Англии, в своей статье в 1839 года призвавший евреев завладеть «землями Галилеи и Иудеи» и «ускорить второе пришествие». Британский писатель и путешественник Лоуренс Олифант (Laurence Oliphant) активно занимался проектом еврейской колонизации Палестины. Интересно, что несмотря на свою искреннюю религиозность, он рассматривал проект переселения евреев как инструмент укрепления британского влияния на Ближнем Востоке. Профессор Нью-Йоркского университета, американский богослов Джордж Буш (George Bush) в 1844 году опубликовал книгу «Долина видения или сухие кости возрожденного Израиля», основанной на пророчества Иезекииля. В ней среди прочего он выражает мысль, что переселение евреев в Палестину принесет пользу всему человечеству. Швейцарский предприниматель и инициатор создания Международного Красного Креста Жан-Анри Дюнан (Jean-Henri Dunant) выступал в поддержку стремления европейских евреев переселиться в Палестину. В 1867 году основал Общество колонизации Палестины. Дюнан был одним из немногих неевреев, приглашенных Теодором Герцлем на Всемирный сионистский конгресс 1897 года. Уильям Юджин Блэкстоун (William Eugene Blackstone), американский евангельский христианин, исследуя Библию, пришел к тому, что евреи имеют право на свою землю по Писанию. В 1878 году он написал книгу, а в 1891 году Блэкстоун возглавил кампанию по сбору подписей под петицией о передаче Палестины евреям. Документ позже стал известен как Меморандум Блэкстоуна, и его подписали более 400 видных протестантских лидеров. Американский протестантский богослов Сайрус Скофилд (Cyrus Scofield, 1843-1921) в своих комментариях к Библии популяризировал идеи, согласно которым евреи остаются «избранным народом» Божьим, имеющим право на землю Палестины. Все эти люди и их последователи сформировали явление так называемого христианского сионизма. Но были и более ранние проповедники: английский священник Фрэнсис Кетт (Francis Kett) еще в 1587 году, основываясь на своем толковании Библии, утверждал, что еврейский народ должен вернуться в Палестину; английский пуританский теолог Томас Брайтман (Thomas Brightman) в начале XVII века, опираясь на библейские пророчества, писал о скором возвращении евреев в Палестину.

Было ли это из любви к евреям или на основании догм и пророчеств о приближении прихода Миссии? Ответ должен быть очевиден для богослова, потому что в принципе, евреи для христиан не могут быть любимыми братьями, в силу их вины, с точки зрения христианского учения, в силу их неверия в Иисуса, сына Марии, их предательства и соучастия в его казни. Другими словами, то, о чем многие христианские проповедники прямо говорили: собрать евреев в Палестине они стремятся для ускорения возвращения Мессии, Иисуса (мир ему).

Аристократы и правящие элиты Европы много веков использовали евреев, ненавидя их, ради своих целей. Евреям можно было заниматься торговлей (аристократу не подобает быть торгашем) и ростовщичеством (большой грех в христианстве), чем не занималась элита. Евреи же не могли быть королями, судьями, военно-командующими или священниками в Европе. Общество европейских стран было так устроено. Для европейских элит евреи были функциональной группой, которую можно было использовать, в том числе в Палестине. Схожим образом в 2026 году в Сирии американцы используют курдов, а израильтяне — друзов. Алавиты в Сирии были функциональной группой сначала для французов, позже для СССР, затем для Ирана и России. Хуситы были функциональной группой для Ирана. Россия использовала абхазов и осетин в войне с Грузией. Во время Первой мировой войны Российская империя активно использовала армян против Османской империи.

Функции могут быть разными. В случае с западным колониализмом и европейскими евреями их функцией было заселение и колонизация для создания постоянного форпоста, служащего западным интересам. Но функциональная группа будет оставлена, когда перестает быть нужной, или когда пользы от неё меньше, чем затраты на нее. Так, американцы просто сбежали из Афганистана и бросили тех, кто им служил. Такая группа может перейти из одного лагеря в другой. Во время холодной войны мы видели такие примеры, когда интересы разойдутся с первыми, и сойдутся со вторыми. Что было на первом месте для правительств Британии или США — пророчества и догмы или стратегические интересы? Конечно, интересы. Но никто не обязан вместе идти по пути до конца. У сионистов были общие интересы с Великобританией, без которой их проект был нереализуем. Однако, интересы могут расходиться: Иргун и Лехи (Банда Штерна) начали убивать английских солдат, офицеров, расстреливать их и взрывать отели с британцами. Они убили министра Уолтера Гиннесса (Walter Guinness, Lord Moyne ) потому что он им мешал.

Положение функциональной группы и ее эксплуататора (или даже создателя) может измениться: британцы создали Израиль в Палестине после поражения Османского государства в Первой мировой и кровавого подавления арабского сопротивления британской оккупации. Но это не значит, что сионисты будут вечно благодарны. Сионисты с британцами использовали друг друга до поры до времени.

Нельзя отрицать существование сионистского лобби в США, Германии, их влияния в экономике, СМИ и политике. Но это не единая всемирная организация, координирующая свои действия, а множество отдельных групп, которые могут иметь собственные интересы, и они будут расходиться, когда расходятся интересы государств. Вспомним масонов: они бывают английскими, французскими, немецкими, итальянскими. В чьих интересах они действуют? Например, многие французские масоны поддержали американскую революцию; вспомним Лафайета — потому что это было в интересах Франции. Естественно, английские масоны расходились с американскими, которые после независимости отделились от английских масонов. В Англии Великая ложа традиционно возглавлялась членами королевской семьи или высшей знати, а английские масоны в составе британской армии воевали против американских повстанцев. Конечно, были различные расхождения между германскими и британскими масонами, в том числе идеологические. Английские масоны были более открытыми, особенно после создания Объединенной великой ложи Англии (ОВЛА) в 1717 году, проявив большую открытость различным слоям общества, включая неаристократов, в то время как немецкие, более консервативные, ограничивали членство, в том числе не допуская евреев в свои ряды до XIX века. То есть масоны — это не единая всемирная организация, а отдельные организации, которые соотносили свои действия или позиции с местными интересами.

Аль-Масири настаивает на том, что теория всемирного еврейского заговора и теория мирового масонского заговора, которые якобы действует через лобби в разных странах, — это миф. Истина, по его словам, заключается в пересечении интересов с империями и государствами. Например, действия США в арабском мире, война в Ираке или Иране, разжигаемая исламофобия, война с «исламским терроризмом» — это лишь пересечение с израильскими интересами, но их целью являются интересы США, например, нефть или экономика, или противодействие советскому или китайскому влиянию. А когда интересы расходятся, что делают американцы? Будут служить израильскими интересам в ущерб американским? Весьма сомнительно. Если такое и происходит, то лишь как исключительная ошибка и погрешность, но не как системная политика. Следовательно, сионисты добились успеха, когда привязали свои интересы к интересам могущественных империй: сделали свой проект деталью (функциональным инструментом) большого западного колониального проекта.

Вспомним Герцля, Базель 1897 года, его встречи с Ротшильдами и проект колонизации — все это пересечение интересов, а не взаимная любовь или духовное единство. Германские нацисты «инвестировали» 182 млн марок ради своих интересов. Речь идет о соглашении Хаавара (ивр. «перенос», «передача»), заключенном 25 августа 1933 года между нацистской Германией и сионистскими организациями. И сионисты, кстати, разделились: некоторые сионистские организации открыто сотрудничали с нацистами, например, с Адольфом Эйхманом. В июне 1935 года унтерштурмфюрер СС Леопольд фон Мильденштайн, который в то время занимал должность «референта по еврейским делам» при Гейдрихе, предложил Эйхману перейти в только что организованный отдел II 112 (евреи) в Главном управлении СД и поручил составить справку по книге Теодора Герцля «Еврейское государство», которая затем использовалась в СС как служебный циркуляр для внутреннего пользования. Он занимался прежде всего принудительной эмиграцией евреев из Германии. С 26 сентября по 2 октября 1937 года Эйхман направился в Палестину для знакомства с «еврейской колонизаторской работой» по приглашению представителя военной еврейской организации «Хагана» Фейфеля Полкеса. Однако поездка обернулась неудачей из-за отказа английского генерального консульства в Каире выдать им разрешение на въезд в подмандатную Палестину. В результате 10 и 11 октября Полкес встретился с Хагеном и Эйхманом в Каире и поделился с ними информацией о готовящихся покушениях на жизнь ведущих национал-социалистических политиков, чтобы в свою очередь обсудить возможности эмиграции немецких евреев в Палестину. После аншлюса Австрии в 1938 году его перевели в отделение СД в Вене. Вместе со своим заместителем Алоизом Бруннером он организовал Центральное бюро еврейской эмиграции в Вене. Это бюро занималось выдворением еврейского населения из Австрии. По приказу Эйхмана представитель еврейской общины Вены, доктор Йозеф Лёвенгерц, составил план принудительной эмиграции.

Был ли проект депортации евреев из Австрии и Германии выгоден сионистскому проекту? Некоторые сионисты считали, что да. Ленни Бреннер написал книгу «Сионизм в эпоху диктаторов» и «51 документ» о сотрудничестве в 30-е годы. Гершон Шафир (прежде всего в книге «Land, Labor and the Origins of the Israeli-Palestinian Conflict, 1882–1914») также собрал множество деталей прагматических соглашений, в котором не идет речь о взаимной любви или моральной близости. Например, лагеря военной подготовки в Германии.

Конечно, нельзя смешивать прагматическое сотрудничество с вынужденной попыткой сделать хоть что-то в условиях нацисткой политики. Вспомним того же Гонду Редлиха (Gonda Redlich) автора «Терезинского дневника». В декабре 1941 года Редлих был депортирован в гетто Терезиенштадт (Терезин), где возглавил отдел попечения о молодежи. Он отвечал за заботу и образование тысяч детей в условиях концлагеря.

Вывод: некоторые сионисты пытались получить поддержку Гитлера и нацистов, но решающая помощь пришла от британцев и американцев. Не потому, что последние прониклись идеей, но интересы совпали с одними и разошлись с другими. Как не вспомнить французского журналиста и политолога Алена Греша (Alain Gresh), специализирующегося на Ближнем Востоке. Его часто называют «относительно умеренным антисионистом». В своих работах он рассматривает создание Израиля и последующую политику на палестинских территориях как «колониальное предприятие», начатое декларацией Бальфура. Герцль рассматривал в том числе Уганду как «дом». Также Герцль и другие сионисты рассматривали Кипр как одну из потенциальных территорий для создания государства. Ашер Гинцберг выступал против палестинского варианта, много писал и критиковал роль Эдмонда Ротшильда, например в «Правда о земле Израиля». Был и проект «Израиль в Крыму», спонсируемый американским «Джойнтом». Идею создания еврейской республики на полуострове одобряли Троцкий и Бухарин, но, несмотря на поддержку части еврейских и сионистских организаций, видевших в этом альтернативу Палестине, она была отклонена в конечном итоге Сталиным. Попытки возродить этот проект после Второй мировой войны также провалились.

То есть речь о колонизаторских проектах, в которых определялись за и против, взвешивались выгоды и ущерб, искали партнеров на взаимовыгодных условиях. Авраам Бург, видный израильский политик, общественный деятель и писатель, написал книгу «Победа над Гитлером», в которой утверждает, что израильское общество глубоко травмировано Шоа (Холокостом) и не смогло от него оправиться. Это привело к формированию «психологии жертвы», которая диктует внешнюю и внутреннюю политику страны. Автор критикует использование Холокоста как политического инструмента для оправдания насилия и милитаризма. Авраам Бург заявляет, что классический сионизм выполнил свою задачу по созданию государства и в нынешнем виде изжил себя, превратившись в закрытую и националистическую идеологию.

Каковы уроки крестовых походов применительно к сегодняшней ситуации? Прежде всего посмотрим, как мусульмане победили крестоносное движение. В основе победы лежали три вещи. О первой говорит французский историк еврейского происхождения (не сионист) Клод Каэн, один из историков крестовых походов, долго живший в Дамаске. Первый фактор он называет по-французски «моральным перевооружением» (réarmement moral). Он говорит, что первым фактором победы было моральное перевооружение, имея в виду пробуждение, глубокое религиозное, идейное и нравственное возрождение в недрах мусульманских обществ. Это был важнейший фактор, поскольку общества, потерявшие уверенность в себе и потерпевшие внутреннее поражение, ничего не могут добиться. Слабые верой и уверенностью общества ничего не меняют.

Второй фактор — единство разных регионов хотя бы в виде координации. Мы знаем, откуда была собрана армия Салах ад-Дина: с территорий пяти современных стран: Египта, Иордании, Сирии, Ирака и Турции. Весь регион Восточного Средиземноморья участвовал таким образом в битве при Хаттине.

Третий фактор — преданное и компетентное политическое руководство. Когда пришли крестоносцы, лидеры были жалкими. Только представьте: два родных брата правили Дамаском и Алеппо и воевали между собой. Крестоносцы осаждали Алеппо, а второй брат злорадствовал; осаждали Дамаск, и первый злорадствовал. Это были Радван и Дукак, два брата-эмира. Был беспрецедентный уровень раздробленности. Некоторые мусульманские эмиры из-за своей низости не просто подчинялись крестоносцам, но и помогали им провизией и проводниками, показывая кратчайшие и безопасные пути к Иерусалиму, особенно эмиры побережья. Но когда появились такие личности, как Мавдуд, Имад ад-Дин Занги, Нур ад-Дин Махмуд, а затем и Салах ад-Дин аль-Айюби, уравнение изменилось. Появилось компетентное и преданное руководство.

Еще один фактор — оздоровление стратегической среды вокруг Палестины. Мы видели, что стратегическая среда тогда была раздробленной, однако все изменилось с момента консолидации сил, собранных от Каира до Мосула, когда сформировалась «дуга» вокруг Палестины. Сегодня большинство этих стран либо разрушены, либо ослаблены, либо маргинализированы. Но в наше время, освобождение не обязательно должно произойти вследствие одного решающего сражения. Апартеид в ЮАР пал вследствие многолетней борьбы в самых разных формах. Алжирцы не победили французскую армию в традиционном военном смысле, несмотря на 1,5 млн мучеников и беспримерный героизм. Они не разгромили основную часть французской армии, но сделали цену колониализма непомерной для самих колонистов и для Франции. Афганцы истощили советских и американских захватчиков, и те ушли не после классического разгрома одной армии другой, но потому, что расходы превышали доходы. То же самое можно сказать о победе вьетнамцев над американцами. Стратегия истощения предпочтительнее прямого столкновения в тех условиях, в которых они оказались.