Printer Friendly, PDF & Email
13 March, 2017
Опубликовал: Islam.plus

 

Крупнейшее религиозное меньшинство Индии тревожится за будущее.

При численности в 172 миллиона человек, что составляет почти 15% населения, мусульмане до странного малозаметны в индийской прессе. Точнее, о них говорят, но не называют. Вместо этого журналисты застенчиво упоминают о «неком сообществе». Такое неуклюжее иносказание – способ обойти любые намеки на рост межрелигиозной напряженности.

И это вполне понятное желание в стране, которая родилась в пучине яростных межобщинных столкновений и слишком часто страдала от их рецидивов. Однако этот изящный оборот намекает и на кое-что другое: после обретения независимости в 1947 году в Индии постепенно растет отчуждение мусульман.

Действительно, индийские мусульмане не подвергаются официальным преследованиям, высылке или систематическим нападениям террористов, как меньшинства в других уголках субконтинента. Но хотя насилие против них не носит регулярного характера, им приходится преодолевать иные проблемы.

В 2006 году вышел большой доклад, в котором перечислялись негативные стороны жизни индийских мусульман. Например, в нем говорилось о низкой численности офицеров-мусульман в армии, на мусульман приходится «крошечная» доля высших полицейских чинов. Отмечалось, что мусульмане в целом беднее основной массы населения, среди них больше распространена дискриминация на почве сексуальной принадлежности, ниже грамотность. Что касается сферы последипломного образования, то среди аспирантов и абитуриентов с высшим образованием в элитных вузах мусульман насчитывалось всего лишь 2%.

Десять лет рекомендации авторов доклада пылятся на полке, а показатели положения дел в общине практически не улучшились. Более того, после громкой победы индийских националистов, представленных «Бхаратия джаната парти» (BJP) в 2014 году, в некоторых отношениях этот разрыв даже увеличился. При росте доли мусульманского населения, число мусульман-министров национального правительства уменьшилось с 75 до 2 – это минимальная цифра за всю историю современной независимой Индии.

Индия остается светской страной, но некоторые законы, предлагаемые БДП, имеют откровенно религиозный оттенок. Так, один из законопроектов предусматривает поощрение иммиграции из соседних стран, если речь идет об индуистах, сикхах, христианах или буддистах, но не мусульманах. Согласно другому законопроекту, предлагается задним числом допускать блокирование любых судебных исков в отношении вынесенных в прошлом постановлений о конфискации имущества у пакистанских «врагов», даже если их потомки не имеют никакого отношения к Пакистану и являются гражданами Индии. Суды неоднократно выносили вердикты в пользу таких истцов – все они мусульмане – но теперь может открыться возможность навсегда лишить их семьи всяких прав на такое имущество.

Помимо ущемления их прав в судах, простых мусульман пугает молчание властей в ответ на преступные действия против них. Более года назад общину потряс инцидент в одной из деревень близ столицы Дели, где толпа забила до смерти мусульманина, отца троих детей, за то, что он якобы ел говядину. Через какое-то время один из заключенных, обвинявшийся в убийстве мусульманина, заболел и умер, ему устроили торжественные похороны, как герою, его гроб был накрыт государственным флагом, на церемонии погребения присутствовал один из министров правительства БДП.

В конце прошлого года газеты сообщили настораживающую информацию о разной судьбе двух граждан Индии, арестованных по одному обвинению: за распространение через соцсети материалов, разжигающих межрелигиозную рознь. Одного из них – члена правой индуистской организации в штате Мадхья Прадеш, где правит БДП – после телесного наказания (обычного приговора в таких случаях) быстро освободили. При этом полицейским, проводившим арест, предъявили обвинение в умышленном нанесении телесных повреждений, а их начальство перевели на другую службу. Второй инцидент произошел в штате Джаркханд, здесь арестовали мусульманина за то, что он выложил в сеть фото, на которых резал корову. По утверждению полиции, после ареста он умер от энцефалита. Суд вынес решение о посмертном вскрытии по подозрению в том, что задержанный умер в результате побоев. На сегодняшний день ни один полицейский не привлечен к ответственности.

Встревожила мусульман и реакция БДП на массовые беспорядки в преимущественно мусульманском штате Джамму и Кашмир. После нескольких месяцев волнений, в результате которых десятки гражданских лиц были убиты и сотни ранены, введен комендантский час, то и дело закрывают школы и магазины, правительство до сих пор решилось на переговоры только с самыми податливыми из местных политиков. По словам одного из членов правительства, «это воинствующее движение за установление исламской теократии», которого «не потерпит ни одна демократия».

Омаир Ахмад (Omair Ahmad), пишущий о мусульманах и их проблемах, считает, что к таким заявлениям нельзя относиться серьезно. Дело в том, что индийские власти продолжают воспринимать Кашмир как «дело самих мусульман», говорит он, тогда как реальный вопрос заключается в «демократическом представительстве». Тем не менее, большинство индийских мусульман согласны идти в русле официального курса или из желания выглядеть лояльными, или потому, что они действительно не чувствуют настоящей связи с Кашмиром.

Факт в том, что мусульманское население Индии разобщено и по суннитско-шиитскому, и по географическому признаку, и по принадлежности к абсолютно разным социальным слоям. Например, в Бенгалии мусульмане говорят на другом языке и имеют мало общих традиций с братьями по вере в жаркой Керале. И эти расхождения становятся все глубже.

Сейчас верховный суд и национальная комиссия по законодательству – государственный орган, занимающийся правовой реформой – решают, должны ли положения семейного права, в частности, законы о разводе и наследстве, по-прежнему быть разными для разных религиозных групп, или их следует привести в соответствие с единым национальным сводом законов, как того требует конституция. До сих пор государство позволяло ведать вопросами семейного права консервативному духовенству, считая, что это тоже «дело самих мусульман». В результате, в отличие от большинства мусульманских стран, в Индии до сих пор мусульманин может развестись с женой, просто трижды произнеся слово «развод».

БДП же призывает к всеобъемлющей реформе. При этом премьер-министр Нарендра Моди (Narendra Modi) изображает это как проблему, непосредственно касающуюся соблюдения прав женщин. Многие мусульмане согласны с тем, что изменения давно назрели, но есть подозрения, что цель БДП заключается не столько в реформе, сколько в стремлении спровоцировать неизбежный протест у мусульманских консервативных сил и сплотить индусов на платформе противостояния «отсталости» мусульман.

Именно эту ставку правящая партия могла сделать на нынешних выборах в законодательное собрание штата Уттар-Прадеш, где на 200 млн населения приходится 40 млн мусульман. С 1992 года, когда индуистские активисты разрушили местную средневековую мечеть, чтобы построить на ней храм в честь рождения Рамы, в штате продолжается межобщинная вражда. На состоявшихся 8 марта выборах БДП получила 325 из 403 парламентских кресел – вероятно, не без участия «мусульманской карты».

Так или иначе, индийские мусульмане все больше ощущают себя зрителями на своей земле.

«Они назвали это светским государством, поэтому многие, кто хотел отделиться, остались… Но на самом деле происходит то, что мы незаметно соскальзываем от британского колониального правления к индуистскому», ─ говорит журналист Саид Накви (Saeed Naqvi), недавно выпустивший книгу Being the Other (Быть другим) о растущем отчуждении мусульман в Индии.

Источник: The Economist

 

Поделиться