Printer Friendly, PDF & Email
22 May, 2018
Опубликовал: Islam.plus

 

 Мехди Хасан (Mehdi Hasan)

Думаете, как плохо живется американским мусульманам при Трампе? Вспомните о мусульманах во Франции.

В последние годы они живут в атмосфере огульных обвинений и преследований за ряд терактов, совершенных так называемыми джихадистами.

Если в США предубежденностью против мусульман отличаются правые республиканцы, то во Франции эту тему муссируют обе партии. Исламофобию сеют левые и правые, социалисты и консерваторы наперегонки защищают светские устои французского общества, демонизируя французских мусульман.

Только подумайте: власти шаг за шагом пришли к признанию никаба и бурки противозаконными, хиджаб запрещен в школах. На местах третируют мусульманок, которые не желают раздеваться на пляжах, и мусульманских школьников, которые хотят получить обед без свинины. Президент — и новый предмет обожания либеральной публики — Эммануэль Макрон предложил драконовские контртеррористические законы, которые могут послужить дискриминации мусульман, о чем предупреждают эксперты ООН по правам человека.

И вот теперь исламоненавистники взялись за Коран. 21 апреля газета Le Parisien опубликовала манифест «против нового антисемитизма», подписанный 300 публичными фигурами, в том числе, президентом Николя Саркози, бывшим премьер-министром Мануэлем Вальсом, актером Жераром Депардье и певцом Шарлем Азнавуром. Как сообщает издание The Atlantic, манифест гласит, что во Франции «11% евреев были убиты — некоторые из них подвергались пыткам — радикальными исламистами», и требует, чтобы «религиозные авторитеты официально признали аяты Корана, призывающие к убийству и покаранию евреев, христиан и неверных, устаревшими», чтобы «ни один правоверный не мог сослаться на священный текст ради совершения преступления».

Подобная риторика — это отражение галльской надменности и просто глупости, поистине ядовитого сочетания невежества и ощущения собственной привилегированности.

Во-первых, что это за «религиозные авторитеты», которые захотят сделать с Кораном то, что Томас Джефферсон сделал с Библией? Признаваемые истеблишментом французские имамы, например, глава Парижской соборной мечети Далил Бубакер и имам Соборной мечети Бордо Тарек Убру, осудили манифест как «невероятный, несправедливый» и «почти кощунственный». Даже если такие умеренные фигуры согласятся «редактировать» Коран (текст которого мусульмане считают прямой речью Бога!), кто реально верит, что фанатики из ИГИЛ или «Аль-Каиды» обратят на это какое-то внимание?

Во-вторых, насильственный экстремизм не продукт писания. Вопреки расхожему убеждению, эксперты утверждают, что религия вовсе не является ключевым фактором радикализации или совершения терактов. Чем же объясняется эта зацикленность на Коране? Как сказал в 2015 году французский журналист Дидье Франсуа (Didier Francois), побывавший в заложниках у ИГИЛ, в интервью телеканалу CNN:

«Тексты никогда не обсуждались или это было обсуждение не религиозного, а политического порядка… Потому что это не имеет ничего общего с Кораном».

Или, как сказал другой бывший французский заложник Николя Энен (Nicolas Henin):

«Я заметил, что у этих джихадистов было мало общего с… арабской или мусульманской культурой. Это были дети наших обществ… Продукты нашей культуры, нашего мира».

Чьи слова можно воспринимать всерьез? Бывших заложников ИГИЛ или актеров?

В-третьих, почему подписавшиеся под манифестом уверены, что за волной «нового антисемитизма» стоят именно французские мусульмане? Например, правозащитная группа «Human Rights First», в 2016 году изучавшая проблему преступности на почве антисемитизма во Франции, указывает, что «несмотря на то, что лиц, совершающих большинство насильственных действий на почве антисемизма, воспринимают как принадлежащих к мусульманской культуре или имеющих мусульманское происхождение», это не подтверждается никакими данными, отчасти из-за действия во Франции запрета на сбор статистических данных, касающихся этнической принадлежности. Однако в соседней Германии, где у полиции имеется такая статистика, в 2017 году 9 из 10 преступлений на почве антисемитизма были совершены не мусульманскими радикалами, а «членами ультраправых или неонацистских групп».

В-четвертых, каковы доказательства «антисемитизма» Корана? Или того, что у ислама какая-то особая проблема с евреями? Критики часто указывают на аяты священной книги мусульман, в которых выражена враждебность к евреям, игнорируя особый исторический и теологический контекст этих аятов, а также множество других коранических аятов, в которых еврейский народ восхваляетcя.

Ученый-историк из Принстонского университета, специалист по еврейско-мусульманским отношениям Марк Коэн (Mark Cohen) подчеркивает:

«Ислам содержит зерно плюрализма, которое давало евреям, жившим на мусульманской территории, большую безопасность, чем евреям, жившим в христианской Европе», таким образом, «евреи, попавшие в исламскую орбиту, не имели опасного клейма инаковости и не знали антисемитизма, от которого страдали евреи в Европе».

Современный антисемитизм — это следствие колониализма, конфликтующих национализмов и столкновения с сионизмом, утверждает Коэн, и он не является «исконно» ближневосточным или «типично» исламским.

В-пятых, почему вообще речь идет об одном только исламском писании? Почему не об иудейском или христианском? Или мы должны делать вид, что в Ветхом завете нет десятков стихов, разжигающих ненависть к неверующим? Или что в последние годы эти стихи не использовались для оправдания чудовищных преступлений? В том числе, против палестинцев, иракцев, угандийцев, детей в Норвегии, нападений на американские клиники, где делают аборты?

Поэтому, во избежание обвинений в лицемерии, не хотели бы авторы манифеста, в числе которых главный раввин Франции Хаим Корсиа (Haim Korsia), потребовать от «религиозных авторитетов официально признать устаревшими» библейские стихи?

И, наконец, в-шестых, что произошло со «свободой» из знаменитого лозунга «свобода, равенство и братство»? Как призывы к аннулированию аятов Корана совместить с принципом свободы вероисповедания (одним из ключевых, хотя и менее обсуждаемых, принципов французской традиции светскости)? Как их совместить со свободой слова и самовыражения? Что случилось с родиной «Я — Шарли»? 

«Этот манифест — фарс, написанный самозванцами», — считает французский правозащитник Яссер Луати (Yasser Louati).

По его словам, если бы подписавшихся всерьез волновала проблема роста антиеврейских настроений в своей стране, они выступили бы и против «традиционного французского антисемитизма».

И он прав. Франция имеет долгую постыдную историю антисемитизма, начиная с «дела Дрейфуса», имевшего место с конца XIX века, заканчивая причастностью к Холокосту коллаборационистского правительства Виши. Как пишет The Atlantic, согласно последнему исследованию общественного мнения во Франции, «35% французов считают, что у евреев «особое отношение к деньгам», 40% думают, что «для французских евреев Израиль значит больше, чем Франция», и 22% считают, что «у евреев слишком много власти».

Тем не менее, 300 французских публичных фигур хотят выделить только «мусульманский антисемитизм», чтобы осудить только послание Корана. И опять сделать мусульман козлами отпущения.

Источник: The Intercept

 

Поделиться